May 11th, 2011

Button

Выступления на круглом столе по трансплантологии. Профессор Чжао.

Как и обещал, публикую расшифровку выступлений на круглом столе по проблемам трансплантологии, который проходил в Склифе 26 апреля. Видео можно посмотреть тут (более 2 часов). Полный транскрипт - 22 листа, так что отбираю либо наиболее информативные, либо наиболее спорные выступления. Начнем с профессора Чжао, он как раз из первой категории.



Чжао Алексей Владимирович.

Вступительное слово:

Мы не случайно собрали такой «круглый стол», чтобы в очередной раз заострить внимание на проблемах трансплантации органов в России. Это происходит в рамках очередного конгресса межрегиональной организации трансплантологов, а так же координаторов органного донорства.
Collapse )
Button

Выступления на круглом столе по трансплантологии. Религиозные деятели.

Первым высказался протоиерей отец Дмитрий Смирнов, председатель церковного общественного совета по биомедицинской этике.



Трансплантация – это великое достижение человечества, в котором проявляется очень серьезный христианский аспект. Недавно один мой прихожанин отдал свою почку племяннице. Нет ничего более превосходного, в его поступке. Он жертвует своим здоровьем ради ближнего. То же самое касается и смерти донора. Я готов чтобы все мое тело, пожалуйста, взяли на любые исследования, для любых донорских операций. Готов сам послужить публичным примером.
Collapse )
Button

Выступления на круглом столе по трансплантологии. Профессор Маниялик, Испания.

Марти Маниялик (Испания, Барселона) – профессор, ведущий специалист в области трансплантационной координации. Он говорил по-английски, его переводила Минина Марина Геннадьевна, руководитель Московского Координационного Центра донорства органов, руководитель общественной организации трансплантационных координаторов.



Вопрос: профессор Маниялик, представитель католической страны, где очень сильно влияние церкви. Испания сейчас стала одним из мировых лидеров в трансплантологии. Многим это может показаться парадоксальной вещью. Можно узнать, у вас показывают такого рода социальную рекламу? Как католическая Испания относится, к такого рода рекламе? Где речь идет о сложных этических вопросах.
Collapse )
Button

Выступления на круглом столе по трансплантологии. Директор Склифа

Анзор Шалвович Хубутия, директор НИИ имени Склифосовского. Он заглянул на открытие круглого стола и сразу вернулся в операционную. Появился только в самом конце, после завершения операции по пересадке сердца.



Я отлучался на операцию, и не слышал, к сожалению, всего обсуждения, но я хочу сказать одно. С моим учителем, Шумаковым, мы ездили в Рим. Тогда, когда в России только начались пересадки. Он тогда сделал первую успешную пересадку сердца. И поехал на прием к Папе Римскому. И он задал ему этот вопрос: «Как Вы относитесь к пересадке сердца?». Папа Римский ему ответил: что эти люди, доноры, совершают поступок Христа. Я, в свое время, здесь принимал Патриарха Алексея 2-го, и с ним беседовал на этот счет. И он сказал однозначно – «да». Ради спасения людей, это надо делать. Мы все призваны спасать друг другу жизни. Я был в Израиле, года 3-4 тому назад, и тогда, там тоже приняли решение разрешить трансплантацию. То же самое мусульманские государства. Я тоже так думаю. Слишком велика цена чтобы, не делать эту операцию. Я сейчас оперировал молодого человека, ему 47 лет. Он заболел, когда ему было 42 года. Пять лет он уже страдает, последние пол года, он был прикован к постели, и находился на медикаментозной поддержке. И вот, донор, мы ему сейчас пересадили сердце, я надеюсь, что этот человек будет жить еще долгие годы. И все будет у него хорошо.

Вопрос: Может быть с развитием медицины, возникнут ситуации, когда снимется вопрос этический, который, безусловно, есть – это искусственные органы. Можно говорить о том, что будущее трансплантологии, за искусственными органами? И когда это будущее может наступить, применительно к России?

Знаете, это будущее началось в России. Но потом науку прекратили финансировать. И все, что мы начинали, было потеряно. До 70-х годов 20-го века, Россия была в два раза выше, и шла впереди других развивающихся стран, по идеям пересадки тканей, потом органов, и развития искусственных органов. Я считаю, что будущее, конечно, за искусственными органами. За клеточной технологией и выращиванием того или иного органа. Я думаю, это не за горами. И я думаю, что Россия будет играть не последнюю роль в этом. Как вы знаете, наш президент максимальное внимание уделяет инновации и модернизации.

Вопрос: Скажите, пожалуйста, действительно ли существует возрастной ценз для доноров? Насколько я знаю, это 35 лет – для сердца и легких, 45 лет – для печени, и 55 лет – почки.

Я отвечу на этот вопрос. По-разному бывает, бывает, что у человека в 30 лет, сосуды и сердце уже никуда не годятся. Конечно, 75-летнее сердце, мы не можем пересадить 40-летнему человеку. Да есть какие-то ограничения. Но, в основном, мы смотрим состояние того или иного органа. Что касается сердца, то есть масса диагностических приборов, которые мы используем еще при жизни, когда сердце бьется. И даже после смерти донора, при возможности делаем коронарографию. Поэтому ценз – до 50 лет. Что касается печени, то рассматривается и возраст 60 лет, может даже старше. То же самое и почки – 60 лет.
Button

Выступления на круглом столе по трансплантологии. Профессор Гранов.

Профессор Дмитрий Анатольевич Гранов, заведующий кафедрой хирургической гепатологии факультета последипломного образования СПбГМУ им. акад. И.П. Павлова.

Вопрос: Можно у вас узнать несколько «сухих фактов», что называется. В США выполняется 20 тысяч трансплантаций в год, а в России за 20 лет не выполнено столько операций. Почему?

У вопроса есть несколько составляющих. Есть такой важный аспект – роль личности в истории. Можно сказать, что крестным отцом трансплантации, в частности трансплантации печени, в США, являлся не кто иной, как великий президент Рональд Рейган. Человек, который практически еженедельно, в своих посланиях к нации обсуждал вопросы донорства и трансплантации, который находил возможности финансировать эти программы, когда они не являлись государственными. Будучи верховным главнокомандующим, он своим приказом поднимал авиацию США, для того, чтобы реципиенты долетели до трансплантологического центра. Это известный факт.

А почему у нас нет 20 тысяч? Мне кажется, что наша сегодняшняя дискуссия дает ответ на этот вопрос. Трансплантологи – это люди достаточно высокой квалификации, которые долго учились, долго тренировались, долго изучали опыт других клиник. Они выбрали тяжелый хлеб. Во всех странах их эксплуатируют «и в хвост и в гриву». Что получается у нас. Вот здесь сидит определенный круг. И складывается такое впечатление, что это допрос. И этот круг трансплантологический, отбивается и говорит: мы хорошие, мы честные, все нормально, только дайте нам работу.

Получается, что это группа сумасшедших, которая сидит в психиатрической больнице, прыгает в бассейн, а главврач говорит: «Вы себя хорошо ведите и мы воды нальем». У нас похожая ситуация складывается. Допустим, мы сегодня разрешим проблему органного донорства. Завтра будет не 15 доноров на миллион, а 1000. Что дальше? Допустим, я живу в городе Нарьян-Мар, я воспитатель в детском саду и у меня цирроз печени. Мне кто-нибудь пересадит ее через две недели? Попаду я в лист ожидания Института Склифосовского?

Понимаете, трансплантация сегодня, во всем мире, это стандартная лечебная процедура. Это система оказания помощи при определенном виде заболеваний. Основная задача трансплантологов, помимо просветительской, это – делать хорошо свою работу. Это очень тяжелая работа, требующая самопожертвования. Мы готовы, чтобы нас эксплуатировали, мы любим это. А в результате, по сути, мы оправдываемся. Вот это ответ – почему у нас до сих пор нет этих трансплантаций.

У нас нет системы оказания трансплантологической помощи. Помощь эта нужна и трансплантологам, и тем страждущим, которые ждут какой-либо орган. Я думаю, что корень проблемы в этом.

Вопрос: Должна быть государственная система поддержки? Можем ли мы сейчас сказать о том, что в стране есть система? Вот в трансплантологии все отработано: есть наука, есть операции по трансплантации, есть институты. И человек из Нарьян-Мара, может попасть пускай и не в Москву, а в какой-нибудь ближайший крупный центр, где его встретят в институте, безо всякого регистра, положат вне очереди, если есть такая необходимость.

Очень краткий ответ. Специальности тансплантолога, в нашей стране нет.

Вопрос: Все равно получается, нужна государственная программа финансирования?

Алексей Владимирович (Чжао - прим.ред.) привел очень яркий пример с Белоруссией. Три года вообще ничего не было, а в прошлом году сделано 169 органных трансплантаций, за государственный счет. Но есть примеры и в нашей стране, примеры очень свежие. Но почему-то о них никто особенно не говорит. Это Краснодарский край, Краснодар. Ровно два года назад, я и Алексей Владимирович, были участниками короткой конференции, где мы обсуждали перспективы программы организации трансплантации органов в Краснодарском крае. У них не было ничего. Первая трансплантация в Краснодарском крае, трансплантация сердца, была сделана в марте 2010 года. Вы знаете, сколько сейчас они сделали трансплантаций? Они на шестом десятке. Это больше, чем вся Россия, вместе взятая. За год, они сделали более 20 трансплантаций печени. С нуля. Вот, пожалуйста, организация работы. И все довольны. И самое главное, что они спасают людей.

О детском донорстве.

Концепция детского донорства должна звучать в законе. Прошлый закон, на мой взгляд, более чем пристойный, и нужно просто добиться того, чтобы он выполнялся.

---

На этом всё. Материалы круглого стола помечены новым тегом "трансплантология".